Телефоны в Санкт-Петербурге
+7 (812) 336-50-02
+7 (812) 336-51-08
   
Content

  • Банк стволовых клеток
    пуповинной крови
  • Медицинский центр
    «Покровский»
  • Лабораторная диагностика
  • Клеточные технологии
  • Генетический центр «Покровский»

Мы уже не удивляемся западным технологиям, а удивляем сами!

Александр Смолянинов (справа) с Президентом Конгресса Грегом Бонфиглио   За этот год Покровский банк стволовых клеток осуществил прорыв в клеточных технологиях. Это прошло незамеченным на родине, а в Бостоне, где проходил мировой конгресс по регенеративной медицине, стало ярким событием. Мезенхимальными клетками пупочного канатика только начали заниматься в Европе и Америке, поэтому для многих ученых это направление клеточных технологий оказалось новостью, а Покровский банк не только активно заготавливает уникальные клетки, но уже вылечил с их помощью первую пациентку.

   Исследования и изготовление препаратов из стволовых клеток пуповинной крови, которые помогают эффективно бороться с серьезными заболеваниями, в Европе и США находятся на самом пике развития. Но оказалось, что есть клетки, обладающие еще большей способностью восстанавливать ткани. И материал, из которого они выделяются, тоже берется из «медицинских отходов». Как и пуповинная кровь, пупочный канатик при рождении ребенка выбрасывается. А именно он содержит очень важный субстрат – мезенхимальные стволовые клетки, – рассказал директор Покровского банка стволовых клеток, д.м.н. Александр Смолянинов.

– Чем они, эти клетки, отличаются от стволовых клеток пуповинной крови?

   – Пуповинная кровь содержит в большом количестве гематопоэтические стволовые клетки, которые необходимы для лечения иммунологических состояний и онкологических заболеваний после рентгено- и химиотерапии. А мезенхимальные стволовые клетки больше используются в регенеративной терапии, то есть для восстановления органов, при таких заболеваниях, как инфаркт, инсульт, циррозы печени, гепатиты, травмы, ожоги, сахарный диабет, неспецифический язвенный колит, болезнь Крона. Но самое большое отличие состоит в том, что стволовые клетки пуповинной крови подходят только ребенку, при рождении которого они забраны, и членам семьи, у которых совпадает группа крови и резус-фактор. А мезенхимальные стволовые клетки лишены фактора иммунного отторжения, поэтому они подойдут всем членам семьи без малейшего риска отторжения. Кроме того, мезенхимальные стволовые клетки обладают большой пластичностью, за счет своей молодости у них более выраженная способность к размножению. Они могут внедряться в гораздо большее количество клеток и тканей, чем стволовые клетки костного мозга. Это универсальный продукт.

– Что говорили ученые из других стран об актуальности этих стволовых клеток и клеточных технологий вообще?

   – О том, что клеточные технологии имеют огромные перспективы, говорит участие в конгрессе ученых из США, Индии, Китая и Западной Европы, а главное – государственных организаций, в частности, FDA (США), Нью-Йоркского Центра Крови, который самым первым стал заниматься хранением клеток пуповинной крови, – вступает в разговор главный трансфузиолог Покровского банка, к.м.н. Дмитрий Иволгин. – На конгресс приехали и представители крупнейших компаний, которые серьезно занимаются вопросами регенеративной медицины, разработкой и созданием клеточных препаратов, необходимых для лечения широкого круга заболеваний. Докладчики рассказали о разработке и создании клеточного препарата для лечения такого серьезного заболевания, как макулодистрофия сетчатки. Они поведали об изготовлении хрящевой ткани для лечения травм и повреждения хряща коленного сустава, межпозвонковых дисков. Что касается мезенхимальных стволовых клеток пупочного канатика, то на этом съезде были представлены данные клинических испытаний по совместной трансплантации мезенхимальных и гемопоэтических клеток пуповинной крови. Ученые доказали еще одно уникальное свойство мезенхимальных стволовых клеток. Оказалось, что они так влияют на клетки пуповинной крови, что те лучше приживаются в организме больного и способствуют быстрому восстановлению его кроветворной функции. Что касается гемопоэтических стволовых клеток, то израильские ученые закончили последнюю фазу испытания первого в мире препарата на основе стволовых клеток пуповинной крови СтеМекс и стоят на пороге его официальной регистрации и разрешения к массовому применению.

– Кому поможет этот препарат?

   – Лекарство позволит лечить нейтропинию – дефицит лейкоцитов в крови. Это осложнения, которые часто возникают у онкологических больных после больших доз химиотерапии и облучения, после радиационного облучения в случае аварии на АЭС. Во всем мире это является серьезной проблемой. А препарат из стволовых клеток вводится в виде инъекции и позволит быстро восстановить иммунную систему и костный мозг. Клетки приживаются в организме и восстанавливают нормальное кроветворение. Он эффективен также при онкогематологических заболеваниях.

– Александр Борисович, но в Покровском банке уже есть опыт лечения таких осложнений гемопоэтическими стволовыми клетками?

   – Да, к нам обращаются сами пациенты и их родственники, а в последнее время и врачи, которые не в силах помочь больным, перенесшим большие дозы химиотерапии и справиться с ее побочными эффектами. Тем более когда пациентам требуется повторный курс химиотерапии, а без восстановления нормальной кроветворной функции его проводить невозможно. Но клетки, которые мы применяем, требуют индивидуального подбора. Чтобы они получили широкое применение в практической медицине, необходима большая работа и большое количество банков пуповинной крови.

– Насколько пациенты могут быть уверены в безопасности и качестве клеток, которые заготавливает Покровский банк?

   – Качество продукта – это серьезный вопрос, который как раз обсуждался на «круглом столе» конгресса. Международное объединение банков пуповинной крови и Американская ассоциация банков крови пришли к выводу, что необходима международная аккредитация всех банков пуповинной крови, заготавливающих клетки крови. Они должны работать в соответствии с едиными требованиями, которые более жесткие, чем в нашей стране. Хотя мы заготавливаем клетки в соответствии с требованиями, существующими в Европе и США, но тоже будем проходить аккредитацию. Пользователи продукта получат уверенность в его качестве, а мы сможем взаимодействовать со всеми банками пуповинной крови мира. В июне 2013 г. мы даже по этому вопросу завершили работу, которую выполнил к.м.н. Иволгин Д. А., и теперь готовы к международной аккредитации.

– Возвращаясь к мезенхимальным стволовым клеткам пупочного канатика, расскажите, как проходит их заготовка, насколько пациентки родильных домов и врачи разделяют ваш оптимизм по поводу их новых возможностей для лечения людей?

   – Для врачей заготовка стволовых клеток пупочного канатика оказалась более понятной, потому что они передают нам не что-то эфемерное, а пупочный канатик. Часть женщин стали заключать с нами договоры на именное хранение и пуповинной крови, и крови пупочного канатика. Кстати, сын Ильи Олейника, сам став отцом, заготовил с женой и те, и другие клетки на случай, если кто-то в семье заболеет. Люди верят в будущее клеточных технологий, потому что по этому пути идет весь мир.

– И вы уже успели помочь пациентке, используя стволовые клетки пупочного канатика?

   – Буквально три недели назад мы применили мезенхимальные стволовые клетки для лечения 60-летней женщины, у которой оказался целый букет заболеваний – ишемическая болезнь сердца, постинфарктный кардиосклероз, хроническая сердечная недостаточность, сахарный диабет. Интересно, что сама она монахиня, скитоначальница одного из православных монастырей, которым мы часто помогаем, если их послушницам требуется медицинская помощь. Поскольку у женщины было тяжелое состояние, то параллельно со стандартным лечением мы ввели ей мезенхимальные стволовые клетки. Она уехала счастливая и здоровая и теперь молится за Покровский банк.

– Что больше всего поразило вас в Бостоне и чему были удивлены американцы, прослушав ваши доклады?

   – Во-первых, побывав в бостонском хранилище клеток, мы почувствовали себя как дома: то же оборудование, те же условия, та же технология. Значит, мы не отстали ни в чем. У нас больше 5 тысяч образцов стволовых клеток пуповинной крови, а мезенхимальных около ста, при том что мы только начали эту программу. И даже это количество сравнимо с заготовками международных банков. Сегодня в России применяется очень мало высоких технологий, потому что это очень дорого, к примеру, в Америке они съедают треть бюджета. Поэтому пока мы ориентируемся на частных клиентов. Но разрабатываем и уже начали применять такие методики лечения, которые удивляют американских коллег. Это выращивание поверхности для суставов с выращиванием со стволовых клеток хондроцитов (разработчик Багаева В. В.), разрабатываем технологию лечения аллергологических заболеваний стволовыми клетками пупочного канатика (разработчик Айзенштадт А. С.), заготавливаем стволовые клетки для лечения ВИЧ-инфицированных больных (разработчик Пирожков И. А.). Американцы говорят, что это проекты мирового уровня. Поэтому мы уже не удивляемся, глядя на Запад, и не просим помощи, а сами удивляем заокеанских коллег, рассказывая о своих достижениях.

– А с кем из научно-исследовательских центров Санкт-Петербурга вы активно работаете?

   – Ну прежде всего наша альма-матер Северо-Западный государственный медицинский университет имени И. И. Мечникова (ректор – профессор О. Г. Хурцилава), Санкт-Петербургский НИИ фтизиопульмонологии (директор – профессор П. К. Яблонский), ЦИТО имени Н. Н. Приорова (директор - академик РАН и РАМН, профессор С. П. Миронов), Всероссийский центр экстренной и радиационной медицины имени А. М. Никифорова МЧС России (директор – профессор С. С. Алексанин). Сейчас вместе с ними поднимается решение огромной проблемы, как помочь больному избежать травматических операций с заменой искусственных суставов на собственные, выращенные со стволовых клеток, хондроциты. Выращивать хондроциты научились. Сейчас на базе ЦИТО имени Н. Н. Приорова профессор Н. П. Омельяненко проводит совместно с нами на крупных животных доклинические исследования по приживляемости хондроцитов и их эффективности. Работы очень много, и она конструктивная.

Нина Башкирова

Журнал «Город (812)» № 35 от 21.10.2013